Неточные совпадения
Что за оказия!.. но дурной каламбур не утешение для русского
человека, и я, для развлечения, вздумал записывать рассказ Максима Максимыча о Бэле, не воображая, что он будет первым звеном длинной цепи повестей; видите, как иногда маловажный случай имеет
жестокие последствия!..
Все самые
жестокие слова, которые мог сказать грубый
человек, он сказал ей в ее воображении, и она не прощала их ему, как будто он действительно сказал их.
— Да моя теория та: война, с одной стороны, есть такое животное,
жестокое и ужасное дело, что ни один
человек, не говорю уже христианин, не может лично взять на свою ответственность начало войны, а может только правительство, которое призвано к этому и приводится к войне неизбежно. С другой стороны, и по науке и по здравому смыслу, в государственных делах, в особенности в деле воины, граждане отрекаются от своей личной воли.
— А, Костя! — вдруг проговорил он, узнав брата, и глаза его засветились радостью. Но в ту же секунду он оглянулся на молодого
человека и сделал столь знакомое Константину судорожное движение головой и шеей, как будто галстук жал его; и совсем другое, дикое, страдальческое и
жестокое выражение остановилось на его исхудалом лице.
Стояла белая зима с
жестокою тишиной безоблачных морозов, плотным, скрипучим снегом, розовым инеем на деревьях, бледно-изумрудным небом, шапками дыма над трубами, клубами пара из мгновенно раскрытых дверей, свежими, словно укушенными лицами
людей и хлопотливым бегом продрогших лошадок.
Самгин нередко встречался с ним в Москве и даже, в свое время, завидовал ему, зная, что Кормилицын достиг той цели, которая соблазняла и его, Самгина: писатель тоже собрал обширную коллекцию нелегальных стихов, открыток, статей, запрещенных цензурой; он славился тем, что первый узнавал анекдоты из жизни министров, епископов, губернаторов, писателей и вообще упорно, как судебный следователь, подбирал все, что рисовало
людей пошлыми, глупыми,
жестокими, преступными.
Ночью он прочитал «Слепых» Метерлинка. Монотонный язык этой драмы без действия загипнотизировал его, наполнил смутной печалью, но смысл пьесы Клим не уловил. С досадой бросив книгу на пол, он попытался заснуть и не мог. Мысли возвращались к Нехаевой, но думалось о ней мягче. Вспомнив ее слова о праве
людей быть
жестокими в любви, он спросил себя...
В ответ на
жестокую расправу с крестьянами на юге раздался выстрел Кочура в харьковского губернатора. Самгин видел, что даже
люди, отрицавшие террор, снова втайне одобряют этот, хотя и неудавшийся, акт мести.
И привычным
людям казалось трудно такое плавание, а мне, новичку, оно было еще невыносимо и потому, что у меня, от осеннего холода, возобновились
жестокие припадки, которыми я давно страдал, невралгии с головными и зубными болями.
«Наледи — это не замерзающие и при
жестоком морозе ключи; они выбегают с гор в Лену; вода стоит поверх льда; случится попасть туда — лошади не вытащат сразу, полозья и обмерзнут: тогда ямщику остается ехать на станцию за
людьми и за свежими лошадями, а вам придется ждать в мороз несколько часов, иногда полсутки…
И неужели сие мечта, чтобы под конец
человек находил свои радости лишь в подвигах просвещения и милосердия, а не в радостях
жестоких, как ныне, — в объядении, блуде, чванстве, хвастовстве и завистливом превышении одного над другим?
А все-таки как ни будем мы злы, чего не дай Бог, но как вспомним про то, как мы хоронили Илюшу, как мы любили его в последние дни и как вот сейчас говорили так дружно и так вместе у этого камня, то самый
жестокий из нас
человек и самый насмешливый, если мы такими сделаемся, все-таки не посмеет внутри себя посмеяться над тем, как он был добр и хорош в эту теперешнюю минуту!
Жестокая судьба государства есть в конце концов судьба
человека, его борьба с хаотическими стихиями в себе и вокруг себя, с изначальным природным злом, восхождение
человека к высшему и уже сверхгосударственному бытию.
Но внутренняя духовность
человека не может быть задавлена, как бы на него ни давила
жестокая необходимость, духовная жажда в нем пробудится.
Нельзя быть моральным
человеком и хорошим христианином в индивидуальной, личной жизни и быть
жестоким эксплуататором и аморальным в социальной жизни в качестве представителя власти, хозяина предприятий, главы семьи и пр.
Возмущало Нехлюдова, главное, то, что в судах и министерствах сидели
люди, получающие большое, собираемое с народа жалованье за то, что они, справляясь в книжках, написанных такими же чиновниками, с теми же мотивами, подгоняли поступки
людей, нарушающих написанные ими законы, под статьи, и по этим статьям отправляли
людей куда-то в такое место, где они уже не видали их, и где
люди эти в полной власти
жестоких, огрубевших смотрителей, надзирателей, конвойных миллионами гибли духовно и телесно.
Затихшее было
жестокое чувство оскорбленной гордости поднялось в нем с новой силой, как только она упомянула о больнице. «Он,
человек света, за которого за счастье сочла бы выдти всякая девушка высшего круга, предложил себя мужем этой женщине, и она не могла подождать и завела шашни с фельдшером», думал он, с ненавистью глядя на нее.
И как военные живут всегда в атмосфере общественного мнения, которое не только скрывает от них преступность совершаемых ими поступков, но представляет эти поступки подвигами, — так точно и для политических существовала такая же, всегда сопутствующая им атмосфера общественного мнения их кружка, вследствие которой совершаемые ими, при опасности потери свободы, жизни и всего, что дорого
человеку,
жестокие поступки представлялись им также не только не дурными, но доблестными поступками.
— Да, это было бы жестоко, но целесообразно. То же, что теперь делается, и жестоко и не только не целесообразно, но до такой степени глупо, что нельзя понять, как могут душевно здоровые
люди участвовать в таком нелепом и
жестоком деле, как уголовный суд.
Нехлюдов слушал его хриплый старческий голос, смотрел на эти окостеневшие члены, на потухшие глаза из-под седых бровей, на эти старческие бритые отвисшие скулы, подпертые военным воротником, на этот белый крест, которым гордился этот
человек, особенно потому, что получил его за исключительно
жестокое и многодушное убийство, и понимал, что возражать, объяснять ему значение его слов — бесполезно.
Всё было странно Нехлюдову, и страннее всего то, что ему приходилось благодарить и чувствовать себя обязанным перед смотрителем и старшим надзирателем, перед
людьми, делавшими все те
жестокие дела, которые делались в этом доме.
— Я видел на суде, как товарищ прокурора всеми силами старался обвинить несчастного мальчика, который во всяком неизвращенном
человеке мог возбудить только сострадание; знаю, как другой прокурор допрашивал сектанта и подводил чтение Евангелия под уголовный закон; да и вся деятельность судов состоит только в таких бессмысленных и
жестоких поступках.
Любит русский
человек погонять зайца, любит травить его только потому, что он труслив и беззащитен. Это не злоба, это
жестокая забава.
Только, как самый
жестокий европеец очень кроток, самый трусливый очень храбр, самый сладострастный очень нравствен перед китайцем, так и они: самые аскетичные из них считают нужным для
человека больше комфорта, чем воображают
люди не их типа, самые чувственные строже в нравственных правилах, чем морализаторы не их типа.
Трудно было
людям только понять, что полезно, они были в твое время еще такими дикарями, такими грубыми,
жестокими, безрассудными, но я учила и учила их; а когда они стали понимать, исполнять было уже не трудно.
Город знал, что по его улицам в ненастной тьме дождливой ночи бродят
люди, которым голодно и холодно, которые дрожат и мокнут; понимая, что в сердцах этих
людей должны рождаться
жестокие чувства, город насторожился и навстречу этим чувствам посылал свои угрозы.
Меня более всего мучит, что у меня бывало
жестокое забвение, выпадение
людей из памяти.
В апокалиптической литературе, начиная с книги Эноха, меня очень отталкивала мстительная эсхатология, резкое разделение
людей на добрых и злых и
жестокая расправа над злыми и неверными.
Думаю, что он не был плохим
человеком и даже по природе не был
человеком жестоким.
Я люблю отца, но ум
человека живет независимо от сердца и часто вмещает в себя мысли, оскорбляющие чувство, непонятные и
жестокие для него. И такие мысли, несмотря на то, что я стараюсь удалить их, приходят мне…
Лучшие русские
люди в верхнем культурном слое и в народе не выносят смертной казни и
жестоких наказаний, жалеют преступника.
Дерсу был безусловно прав. Обычай «ссаживать» ворон с деревьев —
жестокая забава охотников. Стрельбой по воронам забавляются иногда даже образованные
люди. Стреляют так же, как в бутылку, только потому, что черная ворона представляет собой хорошую цель.
Быть может, под ее влиянием многие холодные
люди стали
жестокими и многие добряки и слабые духом, не видя по целым неделям и даже месяцам солнца, навсегда потеряли надежду на лучшую жизнь.
Еще с террасы услыхал князь, как Келлер и Лебедев вступили в
жестокий спор с некоторыми, совершенно неизвестными, хотя на вид и чиновными
людьми, во что бы то ни стало желавшими войти на террасу.
В большинстве случаев всходы были неровные, островами и плешинами, точно волосы на голове у
человека, только что перенесшего
жестокий тиф.
Даже такой на вид приличный и даже чопорный
человек, как Эдельсон, приятель Григорьева и Островского (впоследствии мой же сотрудник), страдал припадками
жестокого запоя. Но он это усиленно скрывал, а завсегдатаи кушелевских попоек делали все это открыто и, по свидетельству очевидцев, позволяли себе в графских чертогах всякие виды пьяного безобразия.
Дежурный врач, конечно, был
человек не «дикий» и не «
жестокий»; но характерно, что ему и в голову не пришел самый, казалось бы, естественный выход: обязаться перед матерью, в случае смерти ребенка, не вскрывать его.
В нашей семье нравы вообще были мягкие, и мы никогда еще не видели такой
жестокой расправы. Я думаю, что по силе впечатления теперь для меня могло бы быть равно тогдашнему чувству разве внезапное на моих глазах убийство
человека. Мы за окном тоже завизжали, затопали ногами и стали ругать Уляницкого, требуя, чтобы он перестал бить Мамерика. Но Уляницкий только больше входил в азарт; лицо у него стало скверное, глаза были выпучены, усы свирепо торчали, и розга то и дело свистела в воздухе.
Это белокурый, с пухлым и бледным лицом
человек. Он лежит навзничь, закинув назад левую руку, в положении, выражающем
жестокое страдание. Сухой открытый рот с трудом выпускает хрипящее дыхание; голубые оловянные глаза закачены кверху, и из-под сбившегося одеяла высунут остаток правой руки, обвернутый бинтами. Тяжелый запах мертвого тела сильнее поражает вас, и пожирающий внутренний жар, проникающий все члены страдальца, проникает как будто и вас.
И он задумал
жестокий план мщения, мечтал о раскаянии, о том, как он великодушно простит и даст наставление. Но к нему не шлют
человека и не несут повинной; он как будто не существовал для них.
Оружие против женщины — снисхождение, наконец, самое
жестокое — забвение! только это и позволяется порядочному
человеку.
Ромашову всегда чуялось в его прекрасном сумрачном лице, странная бледность которого еще сильнее оттенялась черными, почти синими волосами, что-то напряженное, сдержанное и
жестокое, что-то присущее не
человеку, а огромному, сильному зверю.
Этот
человек представлял собою грубый и тяжелый осколок прежней, отошедшей в область предания,
жестокой дисциплины, с повальным драньем, мелочной формалистикой, маршировкой в три темпа и кулачной расправой.
Ротные командиры, большею частью
люди многосемейные, погруженные в домашние дрязги и в романы своих жен, придавленные
жестокой бедностью и жизнью сверх средств, кряхтели под бременем непомерных расходов и векселей.
Строгий, вспыльчивый, жесткий на словах и часто
жестокий на деле, нельзя сказать, что он был злой
человек от природы; всматриваясь в резкие черты его лица, не совсем уничтожившиеся в мясных дополнениях, в густые черные брови и блестящие глаза, можно было предполагать, что жизнь задавила в нем не одну возможность.
Человек принужден быть
жестоким, потому что он поставлен перед необходимостью жертвовать одной ценностью для другой ценности, одним добром для другого добра, напр. близкими
людьми для отечества или для борьбы за социальную правду, деятельностью патриотической или социальной для творчества научного, художественного и наоборот.
Закон может сказать, что ни один
человек не должен быть
жестоким, но он не знает того случая, когда
человек принужден быть
жестоким вследствие неизбежности жертвовать одной ценностью во имя другой.
Во имя высших целей добра, истины, веры, во имя Бога
люди делаются
жестокими, злыми, бессердечными, беспощадными, ничего не способными понять в других
людях, никому и ничему не сочувствующими.
Древние,
жестокие, воинственные инстинкты
человека перерабатываются в благородство породы, в мужественное отношение к жизни и бесстрашие перед смертью, в готовность всегда поставить честь и верность выше жизни.
Человек есть не только половое существо, но и существо бисексуальное, совмещающее в себе мужской и женский принцип в разной пропорциональности и нередко в
жестокой борьбе.